.

Памятник Наполеону в Париже

В живописи

В европейской живописи

В числе наиболее известных работ европейских живописцев, посвящённых Наполеону — произведения Жана Огюста Энгра, Жака-Луи Давида, Поля Делароша и других художников.

Картины Давида и Делароша изображают переход Наполеона через Альпы в ходе Итальянского похода 1800 года. На картине «Наполеон на перевале Сен-Бернар» Давид изображает молодого революционного генерала Наполеона Бонапарта во главе Итальянской армии высоко в Альпийских горах. Произведение писалось в те времена, когда Наполеон был у власти как Первый консул Французской республики. Композиция сильно театрализована, замысел картины состоит в возвеличивании Наполеона.

Картина Делароша «Переход Наполеона через Альпы» написана в 1848 году и, напротив, показывает то же самое событие в более реалистическом виде — Наполеон выглядит унывшим и замёрзшим после долгого перехода. Эта картина стала одним из первых образцов реализма и его типичным примером.

«Шах!» — картина французского художника Жана-Жоржа Вибера на сюжет эпизода из жизни Наполеона I Бонапарта. Он играет против своего дяди (кардинала Жозефа Феша), который ставит его в тяжёлое положение в партии и уже отказал ему в политической поддержке, перейдя на сторону папы римского.

Наполеон пересекает Альпы

Апологетическая версия Ж.-Л. Давида (1805)

Реалистическая версия П. Делароша (1848)

Жан-Жорж Вибер. «Шах!»

В русской живописи

В русской живописи среди произведений, посвящённых Наполеону, выделяется цикл полотен Василия Верещагина, о войне 1812 года.

В монументальном искусстве

Конные статуи

Местоположение Краткие сведения Изображение
Аяччо,
площадь Диамант
(фр. Place du Diamant)
41°55′03″ с. ш. 8°44′10″ в. д.HGЯOL
Памятник Наполеону I и четырём его братьям
Открыт 15 мая 1865 года; скульптуры из бронзы, пьедестал из розового корсиканского гранита.
Скульпторы: Антуан-Луи Бари — конная статуя Наполеона; Габриэль-Жюль Тома, Пти (фр. Petit) и Жак-Леонард Майе — ростовые статуи соответственно Люсьена, Жозефа и Луи, Жерома Бонапартов; архитектор Эжен Эммануэль Виолле-ле-Дюк.
Фигуры Наполеона и братьев, стилизованные под римского императора и патрициев, отлиты из бронзы австрийских пушек, захваченных Наполеоном III в ходе итальянской кампании 1859 года. Монумент воздвигнут на средства, собранные по подписке.
Ла-Рош-сюр-Йон,
площадь Наполеона
(фр. Place Napoléon)
46°40′14″ с. ш. 1°25′35″ з. д.HGЯOL
Памятник Наполеону I
1854 год, бронза.
Скульптор Эмильян де Ньеуверкерке.
Лаффре,
«Лужайка встречи»
фр. («Prairie de la Rencontre»)
45°01′11″ с. ш. 5°46′29″ в. д.HGЯOL
Памятник Наполеону I
1868 год, бронза.
Скульптор Эмманюэль Фремье.
До 1870 года скульптура стояла в Гренобле. С 1930 года в Лаффре. Здесь, на «Лужайке встречи», 7 марта 1815 года, после побега с Эльбы и высадки во Франции, путь двигавшемуся на Париж Наполеону преградил пятый линейный полк, которому Людовик XVIII приказал арестовать узурпатора. Никогда не отступавший перед лицом опасности, Наполеон без оружия и охраны выступил навстречу боевому построению и, приблизившись к строю, воскликнул: «Солдаты пятого полка! Вы меня узнаёте? Кто из вас хочет стрелять в своего императора? Стреляйте!» После мига колебаний воины ответили ему громогласным Vive L’Emperor! — Да здравствует император! 20 марта 1815 года Наполеон без боя вступил в Париж.
Руан,
площадь Генерала де Голля
(фр. Place Général-de-Gaulle)
49°26′36″ с. ш. 1°05′56″ в. д.HGЯOL
Памятник Наполеону I
1865 год, бронза.
Скульптор Габриэль-Виталь Дюбре; автор пьедестала — архитектор Луи Демаре.
Шербур,
площадь Наполеона
(фр. Place Napoléon)
49°38′35″ с. ш. 1°37′27″ з. д.HGЯOL
Памятник Наполеону I
1857 год, бронза.
Скульптор Арман Ле-Вейль.
Монумент запечатлел события 1803 года: Наполеон осматривает шербурский рейд и указывает на строящийся военный порт. На пьедестале памятника высечены его слова: «Я решил обновить Шербур в духе чудес Египта» (фр. «J’avais résolu de renouveler à Cherbourg les merveilles de l’Egypte»).

Ростовые статуи

В образе военачальника и государственного деятеля

Местоположение Краткие сведения Изображение
Аяччо,
Аустерлицкая площадь
(фр. Place d’Austerlitz)
41°54′59″ с. ш. 8°43′25″ в. д.HGЯOL
Памятник Наполеону I, Императору французов
Бриен-ле-Шато,
площадь Мэрии
(фр. Place Hôtel de Ville )
48°23′35″ с. ш. 4°31′35″ в. д.HGЯOL
Памятник Наполеону Буонапарте — пятнадцатилетнему выпускнику военного училища в Бриене
1879 год, бронза.
Скульптор Луи Роше (фр. Louis Rochet).
Наполеон учился в военном училище в Бриен-ле-Шато с мая 1779 по октябрь 1784 года.
Ватерлоо,
близ заведения «Бивуак императора»
фр. («Le Bivouac de l’Empereur»)
50°40′48″ с. ш. 4°24′17″ в. д.HGЯOL
Памятник Наполеону I, Императору французов
Бронза.
Вимиль (фр. Wimille),
у перекрестка улицы Наполеона
(фр. Rue Napoléon)
и авеню Колонны
(фр. Avenue de la Colonne)
50°44′28″ с. ш. 1°37′02″ в. д.HGЯOL
Колонна Великой Армии, или
Колонна Наполеона
Воздвигнута в период с 1804 по 1821 годы.
Архитектор Элой Лабарре (фр. Éloi Labarre).
Маренго,
перед зданием музея «Битва при Маренго»
44°53′43″ с. ш. 8°40′24″ в. д.HGЯOL
Памятник Первому консулу Бонапарту
1847 год, мрамор.
Скульптор Бенедетто Каччатори (итал. Benedetto Cacciatori).
Осон,
центральная площадь
(фр. Place d’Armes)
47°11′37″ с. ш. 5°23′18″ в. д.HGЯOL
Памятник лейтенанту Бонапарту
1857 год, бронза.
Скульптор Франсуа Жуффруа.
Наполеон служил в расквартированном в Осоне артиллерийском полку в чине лейтенанта с середины декабря 1787 по январь 1791 года.
Париж,
Двор почёта (фр. Cour d’Honneur)
Дома Инвалидов
48°51′21″ с. ш. 2°18′45″ в. д.HGЯOL
Скульптура Наполеона I в образе «Маленького капрала»
1833 год, бронза.
Скульптор Шарль-Эмиль Сёр (фр. Charles Emile Seurre).
Раньше эта скульптура была установлена на Вандомской колонне (вторая по счету скульптура Наполеона на указанной колонне; нынешняя, третья по счету, копирует в основных чертах первую скульптуру — работы Антуана-Дени Шоде, оригинал которой не сохранился до наших дней).

В образе богов, античных героев и императоров

Местоположение Краткие сведения Изображение
Аяччо,
площадь Фэш
(фр. Place Fesch),
или площадь Пальм
(фр. Place des Palmiers)
41°55′07″ с. ш. 8°44′17″ в. д.HGЯOL
Памятник Наполеону Бонапарту, Первому консулу
Белый мрамор.
Скульптор Франческо Массимилиано Лаборе
(Francesco Massimiliano Laboureur); автор фонтана «Четырёх львов» у подножия памятника — Жером Мальоли (Jérôme Maglioli).
Бастия,
площадь Св. Николая
(фр. Place Saint Nicolas)
42°41′59″ с. ш. 9°27′03″ в. д.HGЯOL
Памятник Императору Наполеону I
1810-1814 годы, мрамор.
Статуя первоначально предназначалась для Ливорно. В Бастии установлена в 1854 году.
Скульптор Лоренцо Бартолини (фр. Lorenzo Bartolini).
Компьень,
Компьенский замок
49°25′09″ с. ш. 2°49′51″ в. д.HGЯOL
Скульптура Наполеона I в облачении римского цезаря
Мрамор.
Скульптор Антуан-Дени Шоде (фр. Antoine-Denis Chaudet).
Статуя является копией знаменитой работы Шоде. В Компьенском замке находится с 1857 года, где её установил Наполеон III, который приобрёл скульптуру у принцессы Элизы Наполеоны (фр. Élisa Napoléone Baciocchi) — дочери Элизы Бонапарт, родной сестры Наполеона.
Лондон,
собрание Веллингтона
51°30′12″ с. ш. 0°09′06″ з. д.HGЯOL
Скульптура Наполеона в облике Марса-Миротворца
1802-1806 годы, белый мрамор.
Скульптор Антонио Канова.
Милан,
галерея Брера
45°28′19″ с. ш. 9°11′17″ в. д.HGЯOL
Скульптура Наполеона в облике Марса-Миротворца
1811 год, бронза.
Скульптор Антонио Канова.
Копия скульптуры, хранящейся в Лондоне в собрании Веллингтона.
Париж,
Вандомская площадь
48°52′03″ с. ш. 2°19′46″ в. д.HGЯOL
Скульптура Наполеона I в облачении римского цезаря на Вандомской колонне
1875 год, бронза.
Скульптор Огюст Дюмон (фр. Auguste Dumont).
Венчающая ныне колонну скульптура является третьей по счету и копирует в основном первую, работы Антуана-Дени Шоде, которая была удалена с колонны в 1814 году и не сохранилась. Вторая скульптура, водружённая на колонну в 1833 году, изображала Наполеона в образе «Маленького капрала» и была заменена на нынешнюю по пожеланию Наполеона III.

В литературе

В русской литературе

Тематику образа Наполеона первым поднял А.С.Пушкин в своих ранних лицейских стихотворениях «Воспоминания о Царском Селе», «Наполеон на Эльбе». Здесь Наполеон предстаёт «бичом Европы», коварным завоевателем (прошло немного времени с 1812 года). В «Евгении Онегине», Пушкин рассматривал его человеческие качества: эгоизм, гордость, чувство исключительности. В стихотворении «Наполеон» написанном поэтом при получении известия о смерти императора, Пушкин уже восхваляет усопшего как бессмертного и великого человека, завещателя свободы. Герой «Пиковой дамы» Германн имеет сходство с Наполеоном (VI;228), что призвано подчеркнуть основное его качество — погоню за несбыточной мечтой.

Если в раннем творчестве Лермонтова Наполеон является романтической роковой фигурой («Эпитафия Наполеона»); то позднее предстаёт символом западной культуры, борцом с судьбой, а не покорным исполнителем велений рока («Воздушный корабль», «Последнее новоселье»).

Образ Наполеона в произведении Л. Н. Толстого «Война и мир» отрицательный, Бонапарт предстаёт перед читателем в образе не великого человека, а неполноценного, ущербного «палача народов».

Ф. М. Достоевский приводит его имя как негативный идеал «сверхчеловека» в романе «Преступление и наказание», также упоминает в «Записках из подполья».

В зарубежной литературе

Одним из создателей романтического мифа о Наполеоне, так называемой «наполеоновской легенды» был Беранже. Стендаль, который служил интендантом в армии Наполеона, составил жизнеописание Наполеона, а в начале неоконченной книги «Воспоминаний о Наполеоне» (1837) отмечал: «Я испытываю нечто вроде благоговения, начиная писать первую фразу истории Наполеона». Александр Дюма создал собственный вариант жизнеописания императора. Наполеон является одним из героев романа «Мария Валевская» польского писателя М. Брандыса. Французский писатель Макс Галло посвятил ему свой одноименный роман, на основе которого был снят самый дорогой в истории европейский мини-сериал. Также образ Наполеона нашел отражение в творчестве Андре Моруа «Наполеон. Жизнеописание». Не стоит обходить вниманием и книгу Лас Каза «Записки узника Святой Елены».

Анатоль Франс упоминает Наполеона в романе «Преступление Сильвестра Бонара»: в наполеоновской армии воевал Виктор Аристид Мальдан, дядя главного героя, а отец Сильвестра Бонара долго работал в наполеоновском правительстве. Именно на почве отношения к Наполеону в семье Бонара и в семье его возлюбленной Клементины их отношения оказываются обречены.

Каждый вечер господин де Лесе приходил к моему отцу пить кофе. Не знаю, что их связывало, ибо трудно встретить две натуры, до такой степени противоположные. Отец мой мало чему дивился и многое прощал. С годами он возненавидел всякие преувеличения. Своим мыслям он придавал множество оттенков и никогда не присоединялся к какому-либо мнению без всевозможных оговорок. Эти привычки осторожного ума выводили из себя старого дворянина, сухого и резкого; причем сдержанность противника нисколько не обезоруживала старика, совсем наоборот. Я чуял опасность. Этой опасностью был Бонапарт. Отец не питал к нему никакой нежности, но, послужив под его началом, не любил, когда его бранили, особенно к выгоде Бурбонам, за которыми он числил кровные обиды. Господин де Лесе, более чем когда-либо легитимист и вольтерьянец, возводил к Бонапарту начало всех зол, социальных, политических и религиозных. При таком положении вещей больше всего меня тревожил капитан Виктор. Мой грозный дядя после смерти своей сестры, умевшей сдерживать его, стал окончательно невыносим. Арфа Давида была разбита, и Саул предался своей ярости. Падение Карла Десятого придало дерзости старику бонапартисту, и он проделывал всякого рода вызывающие штуки. Наш дом, чересчур тихий для него, он посещал уже не так усердно. Но изредка, в часы обеда, он появлялся перед нами весь в цветах, как некий мавзолей. Садясь за стол, он, по обыкновению, ругался во все горло, а между кушаньями хвастался своими любовными успехами былого удальца. По окончании обеда он складывал салфетку епископскою митрой, выпивал полграфинчика водки и торопливо уходил, как человек, испуганный мыслью, что придется провести некоторое время без выпивки, с глазу на глаз со старым философом и молодым ученым. Я чувствовал, что если в один прекрасный день он встретится с господином де Лесе, то все пропало. Этот день настал!

На сей раз капитана было почти не видно под цветами; он до такой степени походил на памятник во славу подвигов империи, что хотелось надеть ему на каждую руку по венку из иммортелей. Он был необычайно доволен, и первой особой, осчастливленной его хорошим настроением, оказалась кухарка, которую он обнял за талию, когда она ставила на стол жаркое.

После обеда он отодвинул в сторону стоявший перед ним графинчик, сказав, что «прикончит» водку, когда подадут кофе. Я с трепетом спросил его, не угодно ли ему, чтобы кофе подали сейчас же. Дядя Виктор был очень недоверчив и совсем не глуп. Моя стремительность показалась ему подозрительной, ибо он как-то особенно глянул на меня и сказал:

– Терпение, племянничек! Не полковому мальчишке трубить отбой, черт побери! Вы, господин магистр, что-то очень торопитесь увидеть, есть ли у меня на сапогах шпоры.

Было ясно: капитан понял, что мне хотелось удалить его пораньше. Зная дядю, я был уверен, что он останется. Он и остался. В моей памяти запечатлелись малейшие обстоятельства этого вечера. Дядя был особенно весел. Одна мысль, что он здесь в тягость, поддерживала его прекрасное настроение. И, право же, он превосходным солдатским стилем рассказал какую-то историю о монашенке, трубаче и пяти бутылках шамбертена, имевшую, вероятно, большой успех по гарнизонам, но рассказать ее вам я бы не решился, даже если бы и помнил. Когда мы перешли в гостиную, он указал на запущенную каминную решетку и со знанием дела объяснил нам употребление трепеля для полировки меди. О политике ни слова. Он берег силы. Среди развалин Карфагена пробило восемь ударов. Это был час господина де Лесе. Несколько минут спустя господин де Лесе с дочерью вошли в гостиную. Вечер начался как обычно. Клементина села за вышивание у лампы с абажуром, который оставлял в легкой тени ее красивую головку и сосредоточивал освещение на ее пальчиках, отчего они почти светились. Господин де Лесе, заговорив о комете, предсказанной астрономами, развил по этому поводу свои теории, которые при всей своей рискованности свидетельствовали об известной умственной культуре. Мой отец, имевший познания в астрономии, высказал ряд здравых мыслей, закончив своим вечным: «А, впрочем, как знать?» Я, со своей стороны, привел мнение нашего соседа из обсерватории – великого Араго. Дядя Виктор утверждал, что кометы влияют на качество вин, в подтверждение чего рассказал одну веселую трактирную историю. Я был так доволен этим разговором, что с помощью недавно мной прочитанного изо всех сил старался поддержать его, пространно разбирая химический состав легких созвездий, которые рассеяны в небесном пространстве на миллиардах километров, но могли бы уместиться в одной бутылке. Отец, немного удивленный моим красноречием, поглядывал на меня с обычной благодушной иронией. Но нельзя же пребывать все время в небесах. Глядя на Клементину, я заговорил о комете из алмазов, которой я накануне любовался в витрине ювелира. На этот раз меня осенило невпопад.

– Племянник! – воскликнул капитан Виктор. – Твоя комета ничто в сравнении с кометой, сверкавшей в волосах императрицы Жозефины, когда императрица приехала в Страсбург раздавать армии кресты.

– Эта маленькая Жозефина весьма любила украшения, – сказал господин де Лесе между двумя глотками кофе. – Я не корю ее за это: невзирая на легкомыслие, в ней было кое-что хорошее. Она ведь из Ташеров и оказала Буонапарте большую честь, выйдя за него замуж. Ташеры – не бог весть что, но Буонапарте – совсем ничто.

– Что вы хотите этим сказать, маркиз? – спросил капитан Виктор.

– Я не маркиз, – сухо ответил де Лесе. – А хочу сказать, что Буонапарте было бы весьма под стать жениться на одной из людоедок, описанных капитаном Куком в своем «Путешествии», – голых, татуированных, с кольцом в ноздрях, с наслаждением пожирающих гнилое человеческое мясо.

«Я это предвидел», – подумал я и в этой мучительной тревоге (о, жалкое человеческое сердце!) прежде всего отметил верность моего предвидения. Должен сказать, что капитан ответил в высоком стиле. Он подбоченился, окинул господина де Лесе пренебрежительным взглядом и произнес:

– Кроме Жозефины и Марии-Луизы, господин видам, у Наполеона была еще одна жена. Эту подругу его вы не знаете, а я видал ее вблизи, – на ней лазурная, усеянная звездами мантия и венок из лавров, а на груди сверкает почетный крест: ей имя – Слава.

Господин де Лесе поставил свою чашку на камин и спокойно произнес:

– Ваш Буонапарте – потаскун.

Отец мой неторопливо встал, тихо поднял руку и очень мягко сказал господину де Лесе:

– Каков бы ни был человек, умерший на острове Святой Елены, я десять лет работал в его правительстве, а мой шурин трижды ранен под его орлами. Умоляю вас, милостивый государь и друг мой, впредь этого не забывать.

Что оказалось невозможным для выспренней и шутовской заносчивости капитана, то совершило вежливое увещание отца; оно повергло господина де Лесе в неистовую ярость.

– Я забыл, моя вина! – воскликнул он, бледный, стиснув зубы и с пеною у рта. – Селедочный бочонок всегда пахнет селедкой, и когда послужишь проходимцам…

При этих словах капитан схватил его за горло. Думаю, что он бы задушил его, не будь здесь дочери и не будь меня.

Отец мой, скрестивши руки и более бледный, чем обычно, смотрел на это зрелище с несказанным выражением жалости. То, что последовало, было еще плачевнее. Но к чему останавливаться на безумстве двух стариков? В конце концов мне удалось разнять их. Господин де Лесе сделал знак дочери и вышел. Когда она пошла за ним, я бросился по лестнице ей вслед.

– Мадемуазель, – сказал я, не помня себя и сжимая ее руку, – я люблю вас! Люблю!

На секунду она задержала мою руку в своей; рот ее чуть приоткрылся. Что собиралась она сказать? Но вдруг, подняв глаза на своего отца, всходившего на следующий этаж, она освободила свою руку и распрощалась, кивнув мне головой.

После этого я ее уже никогда больше не видел. Ее отец переехал к Пантеону, в квартиру, нанятую для продажи исторического атласа. Там он и умер несколько месяцев спустя от апоплексического удара. Дочь вернулась к родным в Невер. В Невере она вышла замуж за сына богатого крестьянина, Ашиля Алье.

В кино

  • «1812 год» (немой, Россия, 1912) — Павел Кнорр
  • «Бог войны» / Bóg wojny (Польша, 1914) — Стефан Яраш
  • «Война и мир» (немой, Россия, 1915) — Владимир Гардин
  • «Графиня Валевская» / Gräfin Walewska (Германия, 1920) — Рудольф Леттингер
  • «Наполеон» (немой, Франция, 1927) — Альбер Дьедонне, Владимир Руденко (в детстве)
  • «Наполеон на острове Св. Елены» / Napoleon auf St. Helena, 1929; Hundert Tage, 1935 — Вернер Краус
  • «Энтони Несчастный» (1936) — Ролло Ллойд
  • «Завоевание» (1937 — Шарль Буайе
  • «Кутузов» (1943) — Семён Межинский
  • «Кольберг» (Германия, 1945) — Карл Шаутен
  • «Граф Монте-Кристо» (1953) — Жюльен Берто
  • «Корабли штурмуют бастионы» (1954) — Валерий Лекарев
  • «Дезире: Любовь императора Франции» (1954) — Марлон Брандо
  • «Наполеон» (1954) — Жан-Пьер Омон
  • «Наполеон: Путь к вершине» (1955) — Даниель Желин и Реймонд Пеллегрин
  • «Война и мир» (1956) — Герберт Лом.
  • «Мамлюк» (1958) — Тариэл Сакварелидзе
  • «Битва при Аустерлице» (1960) — Пьер Монди.
  • «Мадам Сан-Жен» (1961) — Жюльен Берто.
  • «Доктор Кто» (эпизод «Господство террора», 1964) — Тони Уолл.
  • «Пепел» (1965) — Януш Закженский
  • «Марыся и Наполеон» (1966) — Густав Холоубек
  • «Война и мир» (1968) — Владислав Стржельчик.
  • «Ватерлоо» (1970) — Род Стайгер.
  • «Война и мир» (1972) — Дэвид Свифт
  • «Орел в клетке» / Eagle in a Cage (США-Великобритания, 1972) — Кеннет Хейг
  • Shanks (1974) — Лерри Бишоп.
  • «Наполеон и любовь» (1974); Бандиты времени (1981) — Иен Холм.
  • «Любовь и смерть» (1975) — Джеймс Толкан.
  • «Багратион» (1985) — Жанри Лолашвили
  • «Наполеон и Жозефина: История любви» (1987) — Арманд Ассанте.
  • «Наполеон и Европа» / Napoléon et l’Europe (Франция-Бельгия-Канада, 1991) — Жан-Франсуа Стевенин
  • «Избранник судьбы» (1987) — Всеволод Шиловский
  • «Саботаж!» (2000) — Дэвид Суше
  • «Новое платье императора» (2001) — Иэн Холм
  • «Наполеон» (2002) — Кристиан Клавье
  • «Граф Монте-Кристо» (2002) — Алекс Нортон
  • «Золотой век» (2003) — Олег Лопухов
  • «Адъютанты любви» (2005); Василиса (2014) — Виталий Коваленко
  • «Я и Наполеон» (2006) — Даниэль Отёй.
  • «Война и мир» (2007) — Скали Дельперайт.
  • «Судьба повелителя» (2008) — Эвклид Кюрдзидис.
  • «Ночь в музее 2» (2009) — Ален Шаба.
  • «Ржевский против Наполеона» (2012) — Владимир Зеленский
  • «1812: Уланская баллада» (2012) — Эрик Фратичелли

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *